В своем канале и сайте я не пишу тысячу статей и не стараюсь выдавать бесконечный поток мыслей. Мне всегда было ближе делиться тем, что действительно цепляет меня. Наверное, в этом для меня и есть ощущение свободы: не гнаться за количеством информации, а говорить только о том, что отзывается внутри. Потому что мне лично бесконечный поток со временем приедается.
Вчера ко мне пришла интересная идея порассуждать на тему сказок. И эта мысль очень органично легла на мою учебу, потому что я продолжаю практиковать и одновременно учиться. Иногда именно в учебе, в словах преподавателя, в каком-то коротком замечании вдруг открывается целая тема. Мой замечательный преподаватель подкинул очень интересные мысли, и я поймала себя на том, что хочу не просто об этом подумать, а написать статью.
Сказки ведь не так просты, как нам казалось в детстве. Это не только истории про добро и зло, чудеса и счастливый конец. Очень часто сказка становится первым сценарием жизни, который ребенок впитывает еще до того, как начинает что-то критически осмыслять. Через сказку девочка и мальчик узнают, каким надо быть, чтобы тебя любили, за что награждают, за что наказывают, как выглядит счастье и какой ценой оно будто бы достается.
Если взять сказку «Морозко», то на первый взгляд перед нами знакомая мораль: добрая, терпеливая, кроткая девушка получает награду, а грубая и недовольная остается ни с чем. Но если смотреть глубже, то сказка начинает звучать совсем по-другому. Девушка сидит в лесу на морозе, и Морозко несколько раз спрашивает ее: тепло ли тебе, девица? И она отвечает, что тепло. То есть фактически не говорит правду о своем состоянии, не жалуется, не протестует, не показывает страдание. И именно после этого получает сундук с драгоценностями, богатство, признание.
А ее сестра ведет себя иначе. Она прямо говорит, что замерзла, что ей плохо, что она задыхается от холода. И не получает ничего. И вот здесь начинается то самое интересное психологическое чтение сказки. Потому что за таким сюжетом можно увидеть послание не только о доброте, но и о терпении как условии награды. Словно женское счастье приходит не через право чувствовать, не через право сказать “мне плохо”, не через защиту себя, а через способность молча переносить холод, лишения и страдания.
Если перевести это на язык взрослой жизни, то получается очень знакомая многим женщинам установка: потерпи, промолчи, не спорь, не жалуйся, не будь неудобной и потом тебе воздастся. Потом тебя полюбят. Потом оценят. Потом увидят. Потом будет счастье. И в этом смысле сказка «Морозко» уже читается не просто как детская история, а как культурный сценарий, в котором женская ценность связывается с выносливостью, кротостью и способностью не предъявлять боль.
Конечно, сказки формируют не только девочек. Мальчики тоже растут на определенных сюжетах и тоже впитывают представления о том, каким должен быть мужчина, как он должен любить, ошибаться, добиваться и расплачиваться за свои поступки. В этом смысле очень показателен другой сказочный сюжет — это, к примеру, «Царевна-лягушка».
Вспомним, что пришлось выдержать Ивану-царевичу после того, как он бросил лягушачью шкурку в печь. Он не выдержал процесса, не смог дождаться естественного хода событий, захотел ускорить счастье, убрать то, что было ему непонятно, странно и неудобно. Он вообще не знал, что будет дальше. И вроде как и женится-то особо не хотел. И за этот импульсивный поступок ему пришлось дорого заплатить: он потерял Василису и отправился в долгий путь испытаний, поисков и преодоления. Получается, сказка учит мальчика не меньше, чем девочку: за нетерпение, контроль и попытку насильно приблизить желаемое может последовать тяжелый путь. Мужской сценарий здесь тоже строится вокруг испытания, вины, подвига и необходимости заслужить возвращение любви через трудности.
И тогда становится видно, что сказки вообще не только про девочек и не только про мальчиков. Они шире. Они задают детям модели отношений с жизнью. Девочкам могут передавать идею: терпи, молчи, будь удобной, и тебя наградят. Мальчикам — идею: ошибешься, поторопишься, нарушишь ход вещей, и потом придется идти через подвиг, страдание и поиск, чтобы вернуть утраченное. И те, и другие истории вшивают в ребенка определенное представление о том, как именно выглядит путь к счастью.
Если посмотреть на то, на каких сказках росли предыдущие поколения и на каких историях растут дети сейчас, можно заметить, как меняются культурные послания. Старые сказки чаще учили терпению, смирению, ожиданию награды, идее, что счастье приходит извне и его нужно заслужить. Современные детские истории нередко говорят уже о другом: можно искать себя, можно сомневаться, можно выбирать, можно уходить из того, что тебе не подходит, можно быть живым, смелым и отдельным.
Мне вспоминаются уже современные диснеевские персонажи: Ариэль, Жасмин и Белль. Это уже другой поворот: героиня Жасмин хочет выйти за пределы дворца, узнать мир, читать книги, отказаться от навязанного брака, искать не только любовь, но и собственную жизнь. Она уже не просто «хорошая девочка», а человек с любопытством, волей и внутренним движением.
Еще дальше идут Рапунцель, Эльза и Моана. Рапунцель учится выходить из созависимого плена и прислушиваться к своим желаниям, Эльза перестает вечно подстраиваться и выбирает независимость, а Моана вообще не ждет спасения и сама отправляется через океан решать задачу своего народа.
То есть современное послание часто звучит уже иначе: счастье не всегда дается за терпение; иногда оно приходит через сепарацию, риск, выбор, действие, контакт с собой и право сказать «нет». Для девочек это принципиально новый культурный сигнал.
Именно поэтому вопрос “на каких сказках растет поколение” совсем не пустой для меня. Это вопрос не только о литературе и не только о детстве. Это вопрос о том, какие сценарии любви, терпения, страдания, выбора и счастья мы впитываем очень рано, еще не замечая этого. А потом уже взрослыми живем так, будто эти сценарии единственно возможные.
Мы вырастаем не только в семье, но и в историях. И иногда очень полезно остановиться и спросить себя: а на каких сказках выросла я? Что они говорили мне о любви, о женщине, о мужчине, о терпении, о счастье? И что из этого я до сих пор несу в свою жизнь как правду, хотя, возможно, давно хочу выбрать что-то другое.
Я тоже задумалась, на каких сказках росла сама. И вдруг вспомнила «Крошку Енота». У меня была пластинка, которую я слушала снова и снова. И каждый раз в одном месте я закрывала уши -там, где Крошка Енот должен был посмотреть в отражение озера. Сейчас это кажется мне очень интересным самонаблюдением. Значит, уже тогда что-то в этой встрече с отражением меня тревожило. А сегодня я думаю, что уже могу туда смотреть. Может быть, взросление — это в том числе способность однажды не закрывать уши и не отворачиваться, а все-таки встретиться с собой…
